Пресс-центр

Что изменилось в порядке оказания медицинской помощи?

Какие изменения произошли в порядке оказания медицинской помощи, который был утвержден в конце прошлого года? Об этом шла речь на совещании профильной комиссии Минздрава по специальности «Терапия» в рамках конференции «Человек и лекарство».


Евгений Насонов, главный ревматолог Минздрава РФ, сообщил, что по данным министерства в России насчитывается 16 млн больных с заболеваниями опорно-двигательного аппарата, из которых 2 млн – с тяжелыми заболеваниями, требующими серьезного лечения. Больные не умирают, а годами и десятилетиями страдают от болезней, потребляют колоссальные ресурсы государства для сомнительного существования. Решение проблемы, по мнению Насонова, находится между профилактикой и ранней диагностикой и связано с повышением квалификации терапевтов: ведь очень большое количество проблем приходится делегировать врачам общей практики.

«Простой симптом – опухают суставы – чрезвычайно важный сигнал во всех странах мира, — говорит Евгений Насонов. — У нас созданы клиники раннего артрита, когда пытаются привлечь внимание к этим больным, поставить диагноз в течение первого месяца от развития болезни. Терапевт должен знать этот простой симптом и вовремя направить пациента к ревматологу. Почему это важно? Естественно, человек не умрет от артрита, как от инфаркта, но если мы пропускаем период 3-4 месяца, так называемое окно возможностей, то в дальнейшем стоимость лечения по современным стандартам в сотни, тысячи раз увеличивается».

Сегодня появился класс генно-инженерных препаратов, это одни из самых дорогих лекарств. Но их продаваемость и колоссальные деньги, которые зарабатывают компании при продаже, связаны не с тем, что препараты часто применяются, а с дороговизной. «Чтобы решить эту проблему, разработана программа – на раннем этапе развития ревматоидного артрита применяется стандартная терапия, достаточно тяжелая, — считает Насонов. — Наши результаты говорят: действительно, если мы рано начинаем лечить по относительно дешевым методам, у 70% пациентов можно добиться ремиссии. И снизить в дальнейшем потребность в назначении дорогостоящих препаратов. Профилактика относительно дешева, если она правильно спланирована. Как и ранняя диагностика, это значительно дешевле, чем потом лечить больных, у которых терапия неэффективна. Вся необходимая инфраструктура у нас есть, но у врачей нет мотивации этим заниматься».

В порядок по оказанию гастроэнтерологической помощи добавлено существенное новшество: теперь эта медицинская помощь может быть не только плановой, но и скорой специализированной. Что еще изменилось? «В старом порядке был перечень нозологических форм – заболеваний, с которыми больных лечат терапевты в общем терапевтическом отделении, в гастроэнтерологическом кабинете, — говорит Аркадий Шептулин, профессор кафедры пропедевтики внутренних болезней лечебного факультета Первого Московского государственного медицинского университета им. И.М. Сеченова. — В новом порядке все нозологические формы изъяты, поскольку порядок утверждался в Минюсте и все эти детали попросили убрать».

Еще одно нововведение – организация дневного стационара при заболеваниях, которые не требуют круглосуточного медицинского наблюдения. По словам Шептулина, фактически в гастрологических отделениях много больных, которые приходят на процедуры, исследования. Все это ложилось дополнительной нагрузкой на врачей и медсестер, которые вели стационар. Теперь же предусмотрено введение специальной ставки.

Изменились и штатные нормативы. Если раньше они определялись из расчета один гастроэнтеролог на 50 тыс. населения, и это общеевропейский норматив, то сейчас 1 – на 70 тыс. взрослого населения. Такой же норматив предусмотрен и в пульмонологии, хотя, по словам Сергея Авдеева, профессора, замдиректора НИИ пульмонологии, врачебное сообщество подавало другие цифры. «Согласно новым нормативам, у нас специалистов меньше половины от того, что бы мы хотели иметь, — говорит он. — На 2010 год приходилось менее двух тысяч специалистов, а реально хотелось бы получить около четырех тысяч. Самая хорошая ситуация в Северо-Западном округе, самая тяжелая – в Южном и Северо-Кавказском».

С точки зрения оснащения кабинета пульмонолога предусмотрено наличие важного оборудования: пульсоксиметр, прибор для определения функции внешнего дыхания, прибор для определения оксида азота и прибор для анализа выдыхаемого СО. Эти методы исследования занимают несколько минут, но позволяют спасать жизни больных. Пульсоксиметр может уменьшить летальность от тяжелой пневмонии не потому, что лечит, а потому что помогает вовремя выявить наличие гипоксемии и вовремя начать терапию. Новое звено в пульмонологии – дневные стационары с кислородным концентратором. Было внесено предложение включить в пульмонологическое отделение врача-анестезиолога и медсестер. По словам Авдеева, такая модель существует во всем мире, есть такая и у нас – в Барнауле, где в отделении интенсивной терапии выделено шесть коек для пульмонологии. Авдеев также привел цифры по распространенности болезней органов дыхания: в 2010 году таких больных было 54 млн, по распространенности они занимают второе место после сердечно-сосудистых заболеваний.

Источник: ria-ami.ru



30 апреля 2013
00:00
Распечатать
Поделиться